Теперь Артуа де Бержерак прибавил к своему имени еще и слово «Сардэй» – название первой освоенной планеты Тау Кита: его приближенные называли себя отныне сардайкинами. Грядущие века сулили фракции Сардэя славу более чем сомнительную.
В кратком изложении цели сардайкинов сводятся к следующему: Де Сардэю, явному стороннику экспансионистского крыла военного министерства в прежнем, имперском, правительстве было совершенно ясно, кто должен господствовать в галактической системе, конечно же, только белые члены человеческой расы, предназначенные для выполнения этой миссии благодаря своему военному образованию, которые четко знают, что хорошо и правильно для всех других обитателей Галактики, а не в коем случае не узкоглазые получеловеки, предающиеся древним, давно забытым ритуалам, и тем более не дегенерировавшие до уровня животных существа, кичливо величающие себя экзобиологами.
Вряд ли стоит говорить о том, что таким образом вооруженный конфликт с йойодинами и фагонами был предрешен. В обоих случаях источник экспансионистской политики де Сардэя и его последователей, широковещательно провозглашаемой ими при каждом удобном случае, – это возникшая в силу исторических причин непримиримая враждебность, о которой и будет поведано благосклонному читателю.
Династия йойодинов в силу своего кодекса чести неизбежно должна была стать непримиримым врагом людей Сардэя, потому что обе фракции преследовали, собственно, одни и те же цели, но если кодекс чести йойодинов чтит абсолютное господство в Системе и вследствие этого провозглашает экспансионистский крестовый поход, то люди Сардэя в меру своего разумения считают себя господами Галактики. В обоих случаях это беспощадный империализм. К тому же, сардайкины никогда не смогут простить Йойодинам сомнительного сотрудничества с фагонами, результатом которою стали «хумш» – «узкоглазые полуобезьяны». Оно и понятно, потому что пленные, над которыми проводились эксперименты, – люди Сардэя: во-вторых, сардайкины должны еще против них и сражаться: в-третьих, подобные генные манипуляции не что иное, как злодеяние.